After falling in replica handbags love with Beatrice,gucci replica handbag Pierre immediately worked hard. In 2009, after dropping out of college, he took over a hermes replica handbags construction company founded handbag replica by his father and became a replica handbags major shareholder. Later he became the vice president of the Monaco Yacht Club. Personally, it has reached 50 million US dollars.
Сергей Гогин, 7 February 2019 Культура
Не надо бояться критиковать Китай
Написать автору

В Ленинском мемориальном центре в Ульяновске до конца февраля будет работать выставка «В Китае родился Мао Цзэдун», подготовленная домом-музеем Мао Цзэдуна в городе Шаошань, где тот родился. На создание и согласование 120 стендов с текстом и фотографиями ушло полтора года, и в результате российский посетитель целых четыре месяца (выставка открылась 25 октября) будет видеть благостный образ Мао Цзэдуна как мудрого вождя нации, при котором Китай шел от победы к победе. Здесь нет ни истории «большого скачка», ни «культурной революции», принесших страдания десяткам миллионов китайцев, ни рассказа об испортившихся во времена Хрущева отношениях с СССР. Такая подача, впрочем, соответствует тренду на ресталинизацию отечественной истории и политики. 

Зачем нам, россиянам, нужно смотреть на личность Мао глазами китайцев? Благодаря горбачевской перестройке мы знакомы с тяжелой историей своей страны и других стран, мы помним, что такое советская пропаганда, а теперь нас вновь толкают в ту же ловушку? Доктор исторических наук, востоковед, руководитель Школы востоковедения ВШЭ Алексей Маслов считает, что суть выставки глубже, чем может показаться. О том, чего не замечают многие посетители, он рассказал в этом интервью.

–  Во-первых, сегодня Китай очень активно транслирует свое представление о своей истории, в том числе об истории Мао Цзэдуна. Китайская история всегда комплиментарна для китайцев, здесь на них обижаться нечего. Хуже другое. В России есть глубокая традиция  изучения Мао Цзэдуна, и самые хорошие книги про него были изданы как раз в России, где есть очень большой архив, связанный с Мао Цзэдуном. На основе этих архивов были изданы уникальные материалы, в том числе такими крупными российскими учеными, как Александр Панцов (его книга под названием «Мао Цзэдун» вышла в серии «ЖЗЛ», она частично переведена в Китае, Тайване, полностью – в США, и считается уникальной). Есть и другие ученые, которые активно работали по этой теме и отличались взвешенным взглядом на Мао Цзэдуна. Каким-то образом российское мнение о Мао Цзэдуне и о китайской истории отодвинуто в сторону в пользу таких вот комплиментарных выставок. Это не очень хорошо.

Второй момент. То, что китайцы восхищаются Мао Цзэдуном, – это абсолютно правильно с точки зрения их самооценки в истории. Но с нашей точки зрения это упрощение истории. Мао был фигурой противоречивой, как и сама эпоха. Он много копировал советский, сталинский опыт, расчищал пространство для грандиозных экспериментов и не щадил людей. При этом благодаря ему о Китае узнал весь мир, и он же поднял Китай на дыбы, последствия этого «подъема» Китай устраняет до сих пор. Поэтому рассказ о Мао Цзэдуне полезен как раз сегодня и именно для россиян. Но при условии, что рассказ будет правдивый.

Понятно, что сегодня эта выставка – часть «красного туризма», который идет через Ульяновск. С точки зрения коммерческой пользы для страны и для Ульяновска это хорошо. Но мы же понимаем, что большинство людей, которые приходят на выставку, – не китайцы, а россияне. Было бы правильным открыть в Китае такую же выставку по истории российских политических деятелей – на паритетных условиях. Потому что просто принимать у себя какую-то идеологическую выставку – это подчиниться китайским идеологическим мотивам. Непонятно,  ради чего мы это делаем и что нам это дает. 

В России Китай всегда рассказывает о себе с позитивной точки зрения – по любой теме: экономика, история и так далее. При этом разумное изучение Китая и понимание его как нашего соседа, а также роль российских специалистов уходят на второй план. То есть Китай создает параллельное, альтернативное китаеведение для России, что, на мой взгляд, неприятно: нам с Китаем жить, и надо понимать, каков он изнутри. 

– Есть ли связь между идеологической экспансией Китая, примером которой стала ульяновская выставка, и экономической экспансией, которую осуществляет в России китайский бизнес?

– Честно говоря, я вообще не вижу большой разницы между тем, как Китай действует в идеологии и в экономике. Во всех странах Китай сначала создает о себе позитивный имидж. Это делается через ряд институций, например, Институты Конфуция, которые открыты по всей России, через подобные выставки и различные фестивали, которые проводит Китай. И вот здесь, если честно, я бы не стал его критиковать, потому что нам самим надо перенимать такой опыт, создавать себе позитивный имидж. Но есть и другая сторона вопроса. Великие достижения Китая, которые нельзя отрицать, должны, скорее, настораживать, чем поощрять к безоглядному сотрудничеству. У Китая огромный опыт освоения других экономик – настолько колоссальный, что многие наши специалисты этого просто не понимают. Проблема в том, что зачастую в российских регионах просто нет специалистов по деловому взаимодействию с Китаем. И многие регионы безоглядно бросаются подписывать с Китаем массу контрактов, очарованные улыбками и обещаниями, а в реальности российско-китайское взаимодействие на региональном уровне, если отбросить декларации, не столь велико. И дело не в том, что китайцы хотят кого-то обмануть, проблема как раз в том, что у нас нет специалистов, которые могли бы «вытянуть» из Китая и инвестиции, и совместные предприятия. Нужно переучивать дремучих чиновников в администрациях, потому что от Китая мы никуда не уйдем, а понимать, что у китайцев стоит за словами, – это большое мастерство. Поэтому надо не ругать и Китай, а понимать, как реагировать на его политику. 

– Видите ли вы потенциал «красного туризма» из Китая? Пока что цифры не впечатляют. 

– А они и не могут пока впечатлять. На мой взгляд, есть то, что называют обманутыми ожиданиями. Они были завышенными: мы почему-то решили, что по этому маршруту поедут миллионы туристов из Китая. Во-первых, это только начало, и число туристов будет расти, но не надо ждать какого-то всплеска. Во-вторых, красным туризмом в Китае интересуется сравнительно небольшая категория людей за 50 лет и старше, эти поездки оплачиваются их детьми. Если говорить прямо, это не красный туризм, а ностальгический туризм, потому что сам по себе Китай давным-давно не живет в этой идеологии. Это не исключает необходимости создавать услуги «China-friendly» (ориентированные на китайских посетителей. – С.Г.) В-третьих: если мы хотим, чтобы китайский туризм приносил нашей стране отдачу, он должен обслуживаться российскими компаниями. Сейчас чаще всего туристов присылают китайские компании, китайские переводчики переводят, китайские экскурсоводы водят по городу, иногда эти туристы даже заселяются в китайские гостиницы и питаются в китайских ресторанах. То есть деньги аккумулируются в Китае. Наша задача – поставить этот туризм под контроль и самим предлагать различные туристические услуги. 

– Почему российская сторона деликатничает? Даже во времена Советского  Союза можно было получить более объективную информацию о Китае, например, вспоминается документальный фильм Александра Каверзнева «Наследники Мао», показанный по Центральному телевидению. Теперь же мы безропотно принимаем одностороннюю версию истории, которую нам навязывает китайская сторона.

– Не совсем так. В России публично транслируется идеологема о том, что в Китае все в порядке, что это страна, которая идет по рыночному пути, притом что страной управляет компартия. Но есть специалисты, которые спокойно и трезво оценивают Китай. Другое дело, что большинство губернаторов воспринимают инвективы, идущие из центра, но не в виде приказов (никто не говорит «Любите Китай!»), а в виде лозунгов, которые транслируются во время визитов на высшем уровне и после переговоров, а эти лозунги исключительно дружественные. То есть большинство считает, что Китай – вне критики. Поразительно, что мы может покритиковать Японию, сколько угодно говорим о «загнивающей» Европе, но вот Китай не трогаем, потому что Китай сразу обижается и высказывает претензии. На мой взгляд, не надо бояться говорить о Китае с критических позиций. То, что говорится на научных конференциях, в аналитических центрах, должно выноситься на публику. Нам самим полезно понимать плюсы и минусы китайского опыта.

Написать автору

Отправить сообщение