Артур Таниев, 19 October 2018 Общество
В пустых избах поселились волки
Написать автору

Правда ли, что, как заявило на днях руководство страны, российское село является сегодня локомотивом развития экономики? Примерно так звучит вопрос недели, на который в нынешнем номере публикуются ответы наших читателей.
В заявлении властей было еще сказано и то, что сельскохозяйственное производство стало инновационным. Я уже не раз вспоминал на страницах «СК», что за последние 25 лет стало с селом, где я родился и вырос. Вкратце перескажу эти «инновации». В селе было 12 улиц и еще несколько переулков, в которых тоже стояли дома. Была школа, открытая больше 150 лет назад, которую дважды посещал Илья Николаевич Ульянов и в которой в мое время училось почти 400 учеников. Совхоз обрабатывал тысячи гектаров пахотной земли и содержал на своих трех фермах тысячи голов крупного рогатого скота. В селе работали сельсовет, мебельная фабрика, леспромхоз, лесничество, два кирпичных завода, швейная мастерская, больница, почтовое отделение, отделение Сбербанка, Дом культуры, библиотека, несколько магазинов, в том числе промтоварный, и хозяйственные товары, пекарня, детский сад, парикмахерская.
Из всего этого сегодня есть раз в шесть сократившееся население, почта с полутора работниками, молоденькая, ничего не понимающая в медицине, фельдшерица, школа с количеством учеников меньше 20, ни одного завода, ни одной фермы, ни одной коровы, ни одного трактора, ни одного комбайна, ни пекарни, ни детсада, ни библиотеки, ни парикмахерской. И есть поля, основная часть которых заросла не то что бурьяном, а густым лесом. Когда я зашел однажды подальше и увидел эти тянущиеся вдаль пространства берез и сосен, я был ошеломлен. До этого я никогда не видел, как наступает лес - сам по себе. Никто не привозил на эти поля саженцы, и я не понимал, откуда их столько взялось. Это было лет 20 назад. Сегодня там, на этих бывших полях, деревья высотой пять-семь метров, полно грибов и можно заблудиться. И если село стояло когда-то с краю больших лесов, то теперь окружено ими со всех сторон.
Но совсем сногсшибательную историю о деревне, в которой родилась его мать, рассказал мой приятель. Это километрах в 15-ти от нашего села. Деревня тоже опустевшая, живут в основном старики. Остались и какие-то родственники его матери, двоюродные или троюродные его тетки. Одну из них он недавно видел. Тетка жаловалась на жизнь. Пусто, скотину стало уже нельзя держать. Овец едят волки, а птицу - кур, гусей, уток - лисы. Он удивился: какие волки, если в округе нет лесов (у них действительно, в отличие от нас, местность, скорее, степная). Ну, ладно, лисы, они могут и в оврагах, а волки-то где живут?
- В брошенных избах, - сказала женщина. - Бросают-то первыми те, что на окраинах, и они быстро зарастают. И избы зарастают кустарником, вишнями, бурьяном, так что в них уже не войти и к ним не подойти. К ним никто и не ходит, а теперь еще и боятся. Вот звери в них и поселились. Самим жить страшно стало.
Представьте, приехали вы на свою малую родину, где, может быть, сохранился и дом, в котором вы выросли. Пошли на него посмотреть, а в нем - волчья семья живет! Папа-волк, мама-волчица, два сына-волка постарше, третий - меньшенький. А на завалинке сидит дедушка-волк... Но если кроме шуток, то когда он это мне все рассказал, у меня мурашки по спине побежали. Волков я никогда в жизни не видел, но в детстве слышал, как они воют в стороне лесов, и всегда их боялся. Лисы и наше село одолевают, и в нем тоже стало нельзя разводить даже кур, только если не держать их в наглухо закрытом сарае, но в деревне, где все ходит на воле, это дико. Про волков же не слышал - может, мои земляки их просто не видят, настолько густые заросли поглотили там старые, полуразваленные избы.
И какие уж тут инновации, какая газификация, о которой и у нас периодически заводят речь - волки и газопроводы перегрызут. И все это вообще-то социально-культурная катастрофа России, ведь села и деревни пережили и такую жуть, как Великая Отечественная война, и голод, и разные другие неурядицы, а теперь гибнут, уступая место лисам и волкам. Как в смуту начала XVII века.


Написать автору

Отправить сообщение