Сергей Гогин, 11 October 2018 Культура
В литературе для всех места не хватит
Написать автору

 

Россия – странная в своем литературоцентризме страна. У нас читают все меньше, а пишут все больше, прямо как в анекдоте про чукчу. Подсчитано, что в России около 160 тысяч писателей, 600 тысяч человек в стране пишут и «выкладывают» стихи – это сопоставимо с числом людей, которые стихи читают, или даже превышает его. Известный критик, заместитель главного редактора журнала «Знамя» Наталья Иванова, выступая на XVIII форуме молодых писателей РФ, стран СНГ и зарубежья, который состоялся в сентябре в Ульяновске, указала на перепроизводство литературы, граничащее с ее аннигиляцией. Все, о чем говорили на этом форуме писатели, критики, редакторы, было проникнуто заботой о судьбе русской литературы. 

С другой стороны, что с ней не так? Ежегодно публикуется множество книг, беллетристика и документалистика, литературные премии вручаются достойным победителям из списка  серьезных номинантов, каждый год рождаются новые имена писателей, а уже знаменитые продолжают писать и публиковать романы, стихи, биографии. Печатается столько всего интересного – читать не перечитать. И все же в голосах писателей и критиков звучит некая тревога. Уровень, качество, глубина, новизна – вот что вызывает беспокойство в нынешние времена. Сегодня можно за доступные деньги издать книгу, опубликоваться в онлайн-издательстве, просто выложить тексты в бесцензурный интернет. Парадокс в том, что доступность публикации размывает качество. Даниил Гранин предостерегал молодых писателей от опасности раннего печатания. Гоголь скупал и уничтожал экземпляры своей первой поэмы «Ганц Кюхельгартен», спасаясь от стыда. То же самое делал Некрасов со своим сборником «Мечты и звуки». Получается, важно не просто напечататься, а напечатать то, за что потом не будет стыдно. 

Эстетическая экспертиза: кто я и где я?

Глядя на то, что публикуется в Ульяновске в «за-свой-счет-издате» и даже в альманахах, можно смело сказать, что большинство этих авторов никогда не испытают стыда – не потому, что так хорошо написано, и не потому, что этого стыда нет, а из-за отсутствия вкуса и чувства языка, который этот стыд мог бы вызвать к жизни. Те, кто у нас в основном публикует книги за свой счет, – это писатели в «чукотском» смысле, то есть те, кто читает в основном себя да еще собрата по перу, который хвалит (и только пока хвалит). Одна из ключевых проблем литературного процесса – это проблема определения своего собственного уровня, помещения себя в систему литературных координат, проблема эстетической экспертизы, о чем на форуме говорила успешный писатель Татьяна Булатова, которая живет и работает в Ульяновске. 

Такой экспертизы логично ждать от издательств, ведь они рискуют своими средствами, поэтому им нет экономического резона публиковать потуги мелкого честолюбия. Даже если некий издатель специализируется на бульварной литературе, это должен быть в известном смысле красивый бульвар. Барьером на пути некачественной литературы является и агентство-посредник. Я бы назвал одним из таких фильтров серьезные литературные студии под руководством авторитетных мастеров, где можно получить доброжелательную объективную критику. Там же можно получить навык вдумчивого чтения, ведь, как сказал на открытии форума писатель Алексей Варламов, невозможно стать писателем, не будучи читателем.

Шоу для «толстяков»

Проверенные десятилетиями эксперты – это толстые литературные журналы. Даже при условии царящей там вкусовщины они – хороший фильтр на пути графомана из-за большого опыта редакционного коллектива, «насмотренности» редакторского глаза. Как сказала на форуме писатель Ольга Славникова, «журналы и издательства – это они вас публикуют, а не вы там публикуетесь». Журналам сейчас тяжело, тиражи сократились до минимума, некоторые отказываются от бумажной версии, уходят в интернет или вовсе закрываются. «Пропускная способность» журналов невелика по сравнению с количеством представленных сочинений. Однажды мне довелось зайти в кабинет редактора отдела поэзии в «Знамени»: стол, книжный шкаф были завалены рукописями, они были везде, даже на полу. Я тогда посочувствовал редактору, который вынужден все это читать, сохраняя по возможности незамыленный глаз, иначе можно пропустить талант. 

Форум молодых писателей – это важная форма эстетической экспертизы. На форум в Ульяновск  приехали более 140 молодых писателей из 50 с лишним регионов страны и 12 зарубежных стран. С ними работали руководители и сотрудники основных литературных и критических изданий России: «Знамя», «Новый мир», «Октябрь», «Арион», «Вопросы литературы», «Наш современник», «Дружба народов», «Нева», «Звезда», «Иностранная литература». Редакторы вели мастерские по направлениям: поэзия, проза, критика, драматургия, литература для детей. Многие ли из пишущих были бы готовы представить свою рукопись на суд такого семинара? Не думаю, потому что в местных «клубах поэтов» в основном занимаются массажем раздутого эго неталантливых и некритичных к себе людей. 

Участие в профессиональном обсуждении рукописи – это серьезная проверка не только мастерства автора, его технической вооруженности, но и многих других его качеств: начитанности, общей эрудиции, человеческого мужества, самокритичности, преданности своему делу, уровня нарциссизма. Это способ узнать свое место и понять, куда надо двигаться в литературе (и надо ли это делать вообще или лучше остаться в категории продвинутого читателя). Как сказал в своей лекции на форуме Михаил Веллер: «Молодому писателю требуется среда профессионального общения: его можно предостеречь от ошибок и сэкономить ему время. Не стройте иллюзий – в литературе для всех места не хватит». 

Уютная графомания

Каковы будут ваши действия, если во время обсуждения своих стихов вы услышите от коллег, например, такое: «Это поэтика общих мест», «Домашняя уютная графомания», «Декоративные стихи для подруг», «Вы пишете стихи, которые должна писать идеальная женщина в представлении бандита 90-х», «Стихи выглядят пошлыми, мещанскими, хотя из этого можно было бы сделать игру, если не быть столь серьезным»? Женщина-автор, которой это было сказано, обиделась и больше на обсуждения в этой мастерской не приходила. Она, скорее всего, будет и дальше издавать никому не нужные, аморфные книжки: такие стихи пишут тоннами, но авторской «физиономии» в них нет. Впрочем, один из участников семинара сказал этому автору: «Возможно, у вас будет более широкая аудитория, чем у всех нас, вместе взятых». И это уже проблема системы образования, государственной культурной политики, масс-культуры, медиаполитики, способствующей разжижению мозгов и восприятию упрощенной картины мира. Но из этого семинара больше никто не ушел из-за обиды, хотя мнения о текстах высказывались хлесткие, «невзирая на лица». Уровень обсуждения был высок, иногда выше качества представленных рукописей, участники хорошо ориентировались и в классической, и в современной поэзии, и в критике. Такая экспертиза ставит молодого человека перед выбором: прислушаться к критике, чтобы развиваться или – игнорировать услышанное и дальше писать вирши, не способные жечь глаголом. 

Надо отдать должное руководству региона: оно убедило Фонд социально-экономических и интеллектуальных программ, спонсора этого форума (руководит фондом Сергей Филатов, бывший глава администрации Бориса Ельцина), провести форум в Ульяновске. На несколько дней в сентябре город стал подлинной литературной столицей. Но местные литераторы этим почти не воспользовались. Не видел я там обласканных премиями молодых и не очень молодых литераторов из Ульяновска. Из местных авторов через сито семинарских обсуждений прошли Вячеслав Савин и Владимир Артамонов, которые получат публикацию в толстых журналах. В литературных мастерских можно было участвовать вольнослушателем, но воспользовались этим немногие.  

«А у нас во дворе…»

Так что пришествия второго Благова или Гончарова ждать пока не приходится. И в этом особенность Ульяновска, о которой я уже писал: литературного процесса у нас как такового нет, потому что нет профессионалов, которые хотели бы за ним наблюдать, оценивать его качество, динамику, текущее состояние и перспективы, осмысливать все это и отражать осмысленное в публикациях. В городе литературная критика отсутствует как институт. Поэтому местный литпроцесс, скорее, похож на систему подземных кротовых нор, об устройстве которых могут судить лишь сами кроты. В отсутствие профессионального взгляда со стороны ни о каком качественном развитии процесса речи не идет: приятно и безопасно собраться в кругу, попить чайку, почитать по кругу тексты с рифмой «кровь-любовь», похвалить друг друга и разойтись до следующего чаепития через месяц. Это не литература, а сектантство, бесплатная психотерапия одиночества. 

Непременный атрибут качественного литпроцесса – учеба. В городе есть несколько студий, но судя по текстам, которые их участники публикуют или читают принародно, учебы нет и там: в основном там занимаются «массажем творческого эго». На первое место в этих локальных проектах ставится реализация честолюбий, а не ориентация на создание более качественных текстов. Эстетическую экспертизу мог бы осуществлять литературный альманах «Симбирск», но из-за снисходительного редактирования функции этой он в полной мере не выполняет. Областная «Благовская премия» успела себя дискредитировать: жюри дает премию «лучшим среди худших», которые номинируют себя сами. Гончаровская премия при неплохом денежном содержании остается местечковой. 

 

Прошедший в Ульяновске форум показал: если город хочет вернуть себе неформальный статус литературного центра, необходимо переходить от литературных акций к созданию насыщенной литературной среды. Пока есть только островки жизни – «Литературные четверги» во Дворце книги, словесный акционизм Павла Солдатова и его конкурс «Верлибр», события «Литературного города ЮНЕСКО», лаборатория «Post Text» в библиотеке №8, что-то еще, но они не складываются в систему. Задача, как говорил классик, – «учиться настоящим образом». Поэтому нужны литературная учеба, критика, профессиональная редактура, и тогда, может быть, на этой почве вырастут тексты, которые не стыдно будет публиковать. 

 

 

 

 

Написать автору

Отправить сообщение